The Bard’s Tale Trilogy v4.34

Действие Assassin’s Creed: Odyssey разворачивается в Древней Греции времён Пелопоннесской войны — той самой эпохи, когда Афины и Спарта выясняли отношения не на словах, а мечами и триерами. Игрок выбирает одного из двух персонажей, Алексиоса или Кассандру, и отправляется в путешествие по островам Эгейского моря, от залитых солнцем холмов Микен до шумных улиц Афин. Здесь нет спешки: можно часами бродить по оливковым рощам, натыкаясь на заброшенные храмы или случайные стычки с наёмниками, чьи имена тут же появляются в специальном списке с наградой за голову.

Бой в игре — это не скрытное устранение в тени, как в ранних частях серии, а открытая рубка с копьём, мечом или луком. Удары ощущаются весомо, враги реагируют по-разному в зависимости от типа оружия, а уклонения и блоки требуют внимания. Параллельно с сюжетом о поисках семьи и тайн культа Космоса персонаж растёт: новые способности появляются не сами по себе, а через осмысленный выбор в древе навыков. Кто-то делает ставку на скрытность и дальний бой, кто-то превращается в непробиваемого берсерка — система гибкая, но не прощает беспечности на высоких уровнях сложности.

Отдельная история — морские походы. Герой командует собственным кораблём, «Адрестия», и выходит в открытое море, где ждут пираты, штормы и возможность наткнуться на неотмеченный на карте остров с сокровищем. Сражения на водах просты, но атмосферны: гребцы поют хором, а абордаж начинается с прыжка на вражескую палубу. Иногда хочется просто выключить цель и пустить корабль по течению, наблюдая, как солнце садится за горизонт над Критом или Родосом — такие моменты запоминаются дольше, чем очередной босс.

Odyssey не претендует на историческую точность в мелочах (спартанцы в игре носят шлемы с гребнями, хотя на самом деле так не делали), но передаёт дух эпохи. Диалоги с философами, участие в олимпийских играх, даже бытовые сцены в тавернах — всё это создаёт ощущение живого мира, а не музея под открытым небом. Игра длинная, местами повторяется, но именно в этих «лишних» часах, проведённых за исследованием без карты, и кроется её странная магия: Греция здесь не декорация, а место, в котором хочется остаться чуть дольше положенного.