Macrotis: A Mother’s Journey v1.3.0

Выжить в пустыне — это уже подвиг. А когда каждый встречный хочет превратить тебя в раба или обед, а солнце безжалостно печёт кожу, даже найти глоток воды становится вопросом жизни и смерти. В Conan Exiles игрок оказывается прикованным к позорному столбу, обречённым на гибель, но удаётся сорваться с цепи. Дальше — только вперёд: собирать камни и ветки, строить укрытие до заката, прятаться от песчаных бурь и ночных хищников. Здесь нет милосердия, но есть свобода — та самая, ради которой стоит сражаться голыми руками.

Постепенно лагерь превращается в крепость. Сначала — землянка с костром, потом — каменные стены, кузница, алтари древних богов. Можно укреплять владения ловушками и наёмниками, а можно строить нечто грандиозное: многоуровневые дворцы с подземельями, где томятся пленники, или храмы, посвящённые Калоту или Сете. Игра не навязывает путь — кто-то становится правителем империи, кто-то предпочитает кочевать между руинами в поисках артефактов прошлых цивилизаций. Иногда выгоднее украсть у соседа, чем добывать ресурсы самому.

Сражения в Conan Exiles не похожи на танцы с мечом из благородных романов. Это грязная, короткая возня: блок, удар в живот, добивание поверженного противника. Оружие ломается, раны кровоточат, а в одиночку против целого клана не выстоять. Зато можно приручить тигра или слона, натравить на врагов ядовитых скорпионов или просто переждать битву на крыше, пока другие перережут друг другу глотки. Иногда разумнее уступить — забрать своё и уйти в пустыню, пока не поздно.

Под солнцем Хайбореи не бывает скучно. То песчаная буря накроет лагерь, то из глубин руин выползет нечто, с чем лучше не встречаться в одиночку. Игроки строят целые города, устраивают войны кланов, торгуют и предают — всё это без сценария, просто потому что так живётся. И когда ночью у костра варишь похлёбку из ящерицы, а за стеной воют гиены, понимаешь: этот мир жесток, но он настоящий. И ты в нём — не гость, а тот, кто выжил.